Вылазка (на выставку проекта “A Person in History”) обернулась приключением. Впечатления сильные, врезаются в память.
И в самом деле Experience. С большой буквы.
Опыт кстати пришёлся: только вчера был разговор о спасении-через-незаметность. Ветошью прикинуться, выжидать (получится же когда-нибудь из пепла воскреснуть?)…
А тут наоборот: авторы выставки делают видимыми себя и своё — прошлое близких, семейную историю.
„Собирают паззл“, „реконструируют“, „заново отстраивают“? Нет, пожалуй, это всё неточные слова.
В стране с недостоверным и „непредсказуемым“ прошлым (плод каждый раз новой лжи, молчания, страха, безразличия, отчаяния) память — проблема. Былое неочевидно, да что там — по сути невидимо, и начинает казаться невозможным воспроизвести окутанное туманом минувшее.
Участники выставки вынуждены извлекать-собирать уходящую и ушедшую жизнь из неизбежно лгущих официальных документов, из секретов и недоговорённостей, из обмолвок и намёков, из обрывков памяти живых, из своих домыслов — чуть ли не из ничего… Вынуждены „досочинять“ семейную историю?
Для этого действа, кажется, и слова-то подходящего нет…
Замысел этого проекта — между памятью и искусством.
Свалять с бабушкой войлочный ковёр (изображающий озеро, где, по смутным рассказам, солдаты погубили кыргызских детей, не расстреляли — утопили „в целях экономии пуль“). Разузнать историю упорно молчащего свёкра (сына фокльксдойче, сосланной за „измену родине“); набросать портрет умерших родных и заставить рисунок двигаться в анимации. Вышить — белым по белому — церковь, которой давно уже нет (в ней работал священником родной человек). Сшить для мамы с бабушкой рубаху с подолом-„оторвой“, с пришитыми по низу рубахи ленточками (на них обрывки рассказов о любовниках, с которыми почему-то ну никак не складывалось). Сделать „мультик“ „о бабушке, которая была бандиткой и сгинула“. (Что за истории!) Тем, кто ушёл в черную тьму (адову? темень небытия?) руки протянуть, вытащить из пустоты в жизнь… попытаться согреть своим теплом (чтоб не остались навеки непоправимо несчастны).
Память как видимый жест любви, которой делятся, которую отправляют назад в прошлое.
…А в итоге — себя восстановить. Авторы „экспонатов“ говорят: было терапевтично. (То есть так могут сказать те, кто прошёл до конца. Было полторы сотни участников проекта, двадцать остались до конца — и выиграли.)
Ветошью прикинуться, себя стереть? Нет уж. Лучше другую магию опробовать
К вернисажу 12.12.2025 „Опыт“. Проект „Мемориала“ (Verein „Zukunft. Memorial e.V.“) „Der Mensch in der Geschichte“, программа „Labor für Familiengeschichte“.