Kategorie: work&crea/know how

2019 Schalasch

Вот и еще один год в Шалаше подходит к концу… Это был год „урожайный“, богатый событиями. И главное событие – наш юбилей. Шалашу Диалогову (сыну Фридриха Диалогова: Клуба Диалог на Фридрихштрассе) исполнилось 25 лет!
Конечно, мы отпраздновали круглую дату, радовались…
и слегка грустили: ведь одновременно пришла пора прощаться с большим проектом „Junger Wedding, bunter Wedding – Willkommen im Team!“, этот „долгоиграющий“ проект длился три года и теперь подошёл к концу.
Ну да, мы не только заканчивали, но и начинали: (новая) лаборатория керамики изготовила замечательное панно, возник кружок химических экспериментов, снова работает изостудия мама-ребенок, клуб родителей расширил тематику (кроме традиционного многоязычия, обсуждаем ещё и историю, литературу для детей, язык тела и много чего ещё… например, начались консультации коуча для новоприбывших); а репетиторство по химии-биологии и по немецкому языку стало ну очень весёлым…
Мы обрастаем связями, приобретаем новых друзей и партнёров: Deutsch-Kaukasisches Sozial- und Kulturzenrtum BB, Deutsch-Kurdische Freundschaftsgesellschaft e.V. in Deutschland; Jugendfreizeiteinrichtung Lynar и Brüder-Grimm-Grundschule; новые NGO из Белоруссии, учителя немецкого из Индии, Венгрии, России… сайт Папмамбук…
 
2019-й принёс и урожай наград. В крупных кинотеатрах прошли показы двух фильмов медийной мастерской.
Наш фильм „Drei flogen über die Berliner Mauer“ показали в ноябре в Cubix на Alexanderplatz, среди нескольких фильмов проекта „Aus Mut gemacht!“, избранных для фестивальной недели „30 Jahre Friedliche Revolution – Mauerfall“. А ужастик-экранизацию „Whatifs“ можно было посмотреть в декабре в Kulturbrauerei, в рамках фестиваля „Zebra“. И ещё награда: традиционно победили в Берлинском конкурсе рисунков (Malwettbewerb der Kreuzberger Musikalische Aktion e.V.) ученицы Колледжа для детей и родителей.
 
И заканчивается год замечательно. Юбилейный (опять-таки) праздник ёлки с чудесными Бабой Ягой, Дедом Морозом и Снегурочкой, Вреднюшкой и Непослушкой хвалят все гости! И те, кто переехал в Берлин недавно, и берлинцы со стажем… а кое-кто приезжает даже из других городов! из Штутгарта, например. И дети, и мамы-папы-бабушки-дедушки, и учителя – все говорят: ёлка „Авиатора“ – лучшая в Берлине!
 
В общем, завершаем год с хорошим настроением. Дорогие наши участники и гости, спасибо за дружбу и верность! всего вам самого-самого желанного к праздникам, а в придачу – неожиданных удач и радостных сюрпризов в новом году!
 
Ваш Шалаш

Hamburger Bahnhof 2018

Жаль, что мультлабовцы не дошли до обновленной экспозиции Hamburger Bahnhof. Даже и в 10 лет там было что посмотреть. Оптарт, например, или обезьяний перформанс Вадима Захарова, или там мультик Дюшана Вукотича „Суррогат“: 1961 года, а какой милый… А для старших – новая симметрия мирового искусства: Hamburger Bahnhof реконструирует восточное крыло мирового искусства (мексиканский сюрреализм и индийский и балийский абстракционизм, немец-русский-балиец Walter Spies, приключения Фогелера в Армении, фильм Tita Salina рядом с „Парадизом“ Мурнау…)… Концептуальные братья-славяне, а из „русского“ – помимо Захарова – оригиналы Малевича и фото акции с черным квадратом на Красной площади (1992 Black Square on Red Square, IRWIN & Michael Benson).

klon

— А вы тогда верили, что клонирование возможно?

— Я тогда особо своего мнения не имел. Но большинство ученых считали этот процесс невозможным. Считалось, что «омолодить» старую клетку нельзя. Клонирование было направлением, в которое никто не верил. Но Кэмпбеллу я поверил. Он сообщил мне, как только овечка родилась — еще за год до опубликования [результатов эксперимента]. И я начал серьезно работать в этом направлении.

— При этом я прочитал, что вы очень не любите, когда вас называют в СМИ специалистом по клонированию. Почему?

— Ну потому что клонирование — это просто один из методов репрограммирования, который мы используем. Вообще, то, что многие называют клонированием — это трансплантация клеточных ядер. Чаще всего это делается с целью именно репрограммирования клеток. Мы пересаживаем ядра из одной клетки в другую, и нам нужно, допустим, из клеток кожи сделать нейрон или что-то другое. Тогда у этой клетки кожи, условно говоря, стирается память — что она являлась клеткой именно кожи, и мы ее перепрограммируем в другой тип клеток. Идея еще в том, чтобы омолодить клетку — сделать из старой эмбриональную. В основном трансплантация ядер используется для научных исследований в области репрограммирования, а не только для клонирования.

— Но при этом вы — человек, который первым в мире клонировал сначала макак, а затем человеческий эмбрион. Это верная формулировка?

— Да, верная. Просто нужно понимать, что мы не клонировали живого человека. Мы делали эмбриональные стволовые клетки из уже устаревших клеток. Брали клетку кожи, допустим, 70-летнего пациента, вынимали ядро и транспланировали его в цитоплазму яйцеклетки. Свое ядро из яйцеклетки мы удаляли, но она все еще «думала», что у нее остается именно оно. Потом мы давали стимул, и яйцеклетка с чужим ядром развивалась в ранний эмбрион. Затем мы получали из этого эмбриона эмбриональные стволовые клетки. Получается, что вот эта старая 70-летняя клетка кожи стала ранней эмбриональной клеткой, которой якобы всего 5 дней от роду. В основном, все это нужно, чтобы понять, как клетка стареет. Можно ли повернуть время вспять — и конкретно в этом случае — да, мы можем повернуть время вспять. Не для целого организма, но для одной клеточки. Но иногда и этого достаточно, чтобы получить клеточную линию и затем уже делать новые клетки. Нейроны, клетки сердца и другие. И все они будут молодые. Они будут расти в чашке Петри, а затем мы сможем заменить ими устаревшие или мертвые клетки в теле пациента.

— А технически сейчас вы можете полностью клонировать человека?

— Мы считаем, что ранние клонированные эмбрионы ничем не отличаются от обычных. Так что, скорее всего, можно было бы клонировать человека. Но это не было целью наших исследований. Не только из-за чисто этических соображений, но и из-за того, что это не медицинская технология. Мы же пытаемся растить новые клетки для больных пациентов. Например, для людей с Паркинсоном. Новые нейроны у них никогда не вырастут, а с помощью нашего трюка мы можем вырастить их специально для каждого.

«Клонирование человека — не медицинская технология»: Интервью биолога Шухрата Миталипова. Он уехал из России и стал одним из главных экспертов по генной инженерии в мире. Meduza, 9 января 2018

Дом Sherlock’а

Выдается начало истории, пара наводок (газетные заметки о событиях с именами), адресная книга, карта. Предлагается поработать детективом и собрать паззл истории. Она, история, прячется до поры в домах и офисах, разорванным разномастным отражением событий. Так вот, надо собрать ее и выбрать самое адекватное свидетельство.

И наша жизнь так.

 

Robot art

вчера – дорoгой длинною, которой хожу очень редко, ночкой безлунною – боковое зрение отметило какое-то шевеление в освещенной витрине галереи. Остановилась рассмотреть. Витрина – со странными устройствами, оказалась студией роботохудожников, один, не выключенный на ночь, вдохновенно трудился: быстро-быстро штриховал лист бумаги, замирал, будто оценивал результат, дергался, лихорадочно срывался поправить рисунок…

DW (Euromaxx) делала передачу на тему – видео DW о галерее с рисующими роботами нашлось и на русском.

Лена Макарова

о Фридл

стихи Кандинского:

Взор

Зачем смотришь ты на меня через белую занавесь?
Я не звал тебя, я не просил тебя через белую занавесь смотреть на меня.
Зачем она скрывает лицо Твое от меня?
Отчего я не вижу лица твоего за белой занавесью?
Не смотри на меня через белую занавесь!
Я не звал тебя. Я не просил тебя.
Через закрытые веки я вижу, как ты смотришь на меня, почему ты смотришь на меня через белую занавесь.
Я отдерну белую занавесь и увижу лицо твое, и ты моего не увидишь.
Отчего не могу я белой занавеси отдернуть?
Зачем она скрывает лицо твое от меня?

Весна

1. Месяц молодой на Западе. Перед пастью рога его звезда… Дом узкий высокий черный. Три окна освещенно-желтых. Три окна.
2. По желтой яркости бледно-голубые пятна. Бледно-голубые пятна только и слепили мои глаза. Больно было глазам моим. Отчего никто не видел бледно-голубых пятен на желтой яркости?
3. Опусти руку твою в кипяток. И обожги пальцы! Лучше пусть пальцы твои поют о боли.

Ранняя весна

Мужчина на улице снял с себя шляпу. Я увидел белые с черным, жесткие, напомаженные на пробор вправо и влево волосы.
Другой мужчина снял шляпу. Я увидел большую розовую, довольно жирную лысину с синеватым отсветом.
Мужчины посмотрели друг на друга, показали друг другу свои кривые сероватые желтоватые зубы с пломбами.

Все еще?

Ты, дикая пена.
Ты, бесполезная улитка, которая меня не любит.
Пустое безмолвие бесконечных солдатских шагов, которого мне здесь не слышно.
Вы, четыре квадратных окна с крестом в середине.
Вы, окна пустых залов, белой стены, к которой никто не прислонился. Вы, красноречивые окна с неслышными вздохами. Вы показываете мне свою холодность: вы созиждены не для меня.
Ты, вещественный клей.
Ты, задумчивая ласточка, которая меня не любит.
Поглощенная собой тишина катящихся колес, которая охотится за образами и создает их.
Вы, тысячи камней, что уложены и вбиты молотом не для меня. Вы держите ноги мои в плену. Вы малы, тверды и серы. Кто наделил вас силой показать мне сверкающее золото?
Ты, красноречивое золото. Ты ждешь меня. Ты показываешь мне свою теплоту: ты созиждено для меня.
Ты, духовный клей.

В лесу

Лес становился все гуще. Красные стволы все толще. Зеленая листва все тяжелее. Воздух все темнее. Кусты все пышнее. Грибы все многочисленнее. В конце концов приходилось идти прямо по грибам. Человеку было все труднее идти, продираясь, а не проскальзывая. Однако он шел и повторял все быстрее и быстрее одну и ту же фразу: –
Шрамы заживают.
Краски оживают.

Слева и несколько позади его шла женщина. Каждый раз, когда человек произносил свою фразу, она говорила очень убежденно и сильно раскатывая „р“: „крррайне прррактично“

Эту картину я носил в себе полтора года и часто принужден был думать, что не смогу ее исполнить. Отправной точкой был „Потоп“. Отправной точкой стала картина на стекле1, которую я написал более всего для собственного удовольствия. Там изображены различные предметные формы, частью забавные (мне доставляло удовольствие смешивать серьезные формы с забавной внешней выразительностью): обнаженные фигуры, ковчег, животные, пальмы, молнии, дождь и т. д.