Секта Столбуна

это воспринимается остро после ухода из СД

x Эд. Усп. (см. Г. Юзефович): письмо дочки Эдуарда Успенского, см. тж о коммунах Вик. Столбуна в Душанбе и под Москвой —

в книге Анны Сандермоен (внучка проф. Дины Чедия и падчерица профессора Высшей школы экономики Марка Урнова), изданной в Швейцарии, и в ее интервью РС,
в др. источниках:

ТД о секте
Есть свидетельства о применении двух основных методик в «клинике» Столбуна: подавление, унижение и воздействие на зоны Захарьина — Геда, участки кожи, обычно исследуемые при диагностике заболеваний внутренних органов. Особенно много рассказывают о воздействии на ягодицы — кого-то били электрическими разрядами, на кого-то лили резко охлаждающий анестетик хлорэтил (именно это ученики и пациенты Столбуна называли слоением). Эту технику, по словам основателя клиники-коммуны, разрабатывала еще его мать.
В 70-е Виктор Столбун начал организовывать сеансы излечения от алкоголизма и шизофрении. Среди его пациентов оказалось много представителей российской эстрады, звезд кино и телевидения, писателей — Ролан Быков, Юрий Энтин, Василий Ливанов, Эдуард Успенский.

В 1976 году Виктор Столбун уже открыто утверждал, что он лечит не только шизофрению, но и алкоголизм, онкологию и кожные заболевания. Пациентами Столбуна становились все более влиятельные люди, вплоть до членов Политбюро, а также, и это главное, их дети.

«Столбун хотел, чтобы в итоге в СССР было много интернатов, в которых у детей будет все свое — студии, телевидение, подсобное хозяйство. Я так понимаю, [он хотел создать нечто] типа кибуцев. А финал его мечты — ездить на уазике по всему Союзу, по всем этим интернатам и корректировать их работу, об этом он один раз при мне говорил», — вспоминает Ершов.

В середине 80-х Столбун со Стрельцовой живут и работают в Ленинграде — в «Лаборатории моделирования человека как системы» Научно-исследовательского института информатики и автоматизации (ЛИИАН), которой заведовала Дина Чедия. Занимались в этой лаборатории все тем же — лечением алкоголизма и психических заболеваний методом ДЦРВ.

«По фактам избиений в секте Столбуна против него в 1988 году было возбуждено уголовное дело, которое, однако, было закрыто по указанию сверху», — пишет энциклопедия «Новые религиозные организации России деструктивного, оккультного и неоязыческого характера», изданная православным издательством «ПаломникЪ». На несколько лет движение тихо расползлось по квартирам и арендованным помещениям в санаториях.

В 90-х Виктор Столбун и его сторонники стали организовывать школы-интернаты — якобы для социальной адаптации и психокоррекции трудных учащихся. Но отовсюду приходилось уходить — в 1994 году после проверок по поручению комиссии по правам человека при президенте РФ, а в 1996-м и вовсе методы Столбуна запретили приказом Минздравмедпрома.

/не преступники малолетние, не больные/ он сам разработал методику исследований, которые указывали на диагноз

Большинство самых близких сторонников — от его дочери Юлии и Константина Чедия до руководителей его школ-интернатов и реабцентров — получили дипломы о высшем образовании Тверского госуниверситета, а затем написали кандидатские диссертации, удивительным образом очень похожие друг на друга и тематикой, и научными источниками. Во всех говорится о деградации морально-нравственного облика современной молодежи, их эгоизме, пренебрежении к целям и интересам общества в угоду материальным благам. / высшее образование и ученые степени в области психологии получили незаконно и с нарушениями. На основе этих дипломов они могли идти дальше и защищать диссертации, часть которых одобрялась не Высшим аттестационным комитетом (ВАК), а ВМАК — его «коммерческим» аналогом. Но этих дипломов и диссертаций оказалось достаточно, чтобы убедить Минобороны. /…/ После этого в Подмосковье начался эксперимент Столбуна на детях — внутри психиатрической больницы

В 2005 году Виктор Столбун умирает — и его последователи начинают переходить в федеральные медицинские учреждения, параллельно ведя частную практику как психологи. Их точкой сборки становится базирующийся в Москве Центральный научно-исследовательский институт туберкулеза (ЦНИИТ).

доп: Сектанты в шинелях (Труд)

После скандала Столбун ушел в тень. Но не надолго. Его „коммуна“ снова всплыла /…/ Столбун отказался от использования в своих „процедурах“ хлорэтила. И начал воздействовать на ту же самую „зону“ слабым электротоком. На жаргоне это называлось „слоением“…
– У меня после этого возникало чувство легкой эйфории, – рассказывал мне один из учеников Столбуна. – Я чувствовал себя расслабленно и комфортно. Воздействие всегда осуществлялось перед сном, так как после него трудно сосредоточиться и заниматься повседневными делами. Зато спали по три часа в сутки и, несмотря на это, чувствовали себя прекрасно… . Столбун убеждал нас, что таким образом сделает из нас „сверхчеловеков“.

Один из экспертов, кандидат медицинских наук Эмиль Гушанский, заместитель главного врача психо-неврологического диспансера N 21 города:
– Я бы сравнил методы Столбуна с вживлением электродов в мозг крыс, в „центр удовольствия“. Во время таких опытов животные умирали с голоду, но не притрагивались к пище, продолжая рваться к магнитному полю, благодаря которому испытывали наслаждение.
Тем не менее известный правозащитник Сергей Ковалев, несмотря на позицию других авторитетных людей, в том числе, скажем, Елены Боннэр, занял сторону Столбуна.

„механотерапия“, „трудотерапия“, „народный язык“, эксперименты — на детях: „мир идет к концу“ из-за неправильного мор.-пс. настроя. „излечение“.

2 Германии, 2 России

Фантастически много вынесла с посиделки на мой др с  коллегами.

Посоветовали смотреть Aufschneider (Hadar), Gundermann (осведомитель Stasi). Обсудили Bösterreich.

Уже когда-то писала о шизофреническом двоении идентичности Берлина периода Стены: две оперы, два музея, два вокзала… И вот теперь выяснилось: было и два языка. Два мира – два языка.

2 языка: Führerschein / Fahrerlaubnis, и Boiler не по всей Германии знали, и Ketwurst: Ketshup+(Bock)Wurst (засунутая в булочку). Бессубъектные предложения  — а это уже Жаннет исследовала: безличные конструкции какособенность языка немецкого Востока.

Среди прочего, Янин потрясающе сформулировала:

Эмиграция без того, чтобы сдвинуться в пространстве на 5 мм.

Ее отчуждение от системы. При этом отдаёт должное способности менять жизнь. С благодарностью вспоминает заботу о детях, учителей, ориентацию школы на „продукцию“, на прагматику жизни. Ностальгирует о еде (после объединения была вынуждена перейти на био-эко…).
Её старший брат над ней иронизировал, а потом ему пришлось у „глупой“ просить помощи-советов, куда податься учиться дочери…

***

Тема: еще одна эмиграция. По поводу заметки Дульнева (жоб-оффер и цунами заимствований)

Только что читала про апгрейд отношений („Руками не трогать“), теперь – про апгрейд языка. Впрочем, второе – старо как мир. И неприятное тут не упадок патриотизма (это дело десятое; не в этом дело).
Неприятное – да, развод на деньги.
Вообще-то вполне понятный. Ведь head hunter (не ханд-хантер!) фирме дороже обойдется: он не у кадровиков учился… и хочет вернуть затраченные на учебу деньги… Но будет ли обеспечено качество услуг? И копирайтер далеко не журналист. И коммерческий писатель с писателем прошлого века не на одной доске стоит… Мда… неожиданный поворот: новое вино в ветхие мехи…
Вот что еще действительно неприятного: говорим теперь на разных языках, страна другая (Брайтон-2 – замечательно!). Пару дней назад с коллегами говорили о том, как отозвалось в людях падение стены. Вост. немка сформулировала: оказались в эмиграции — не передвинувшись в пространстве даже на 5 мм. „Эмигрантов“ – жалко…

 

Hamburger Bahnhof 2018

Жаль, что мультлабовцы не дошли до обновленной экспозиции Hamburger Bahnhof. Даже и в 10 лет там было что посмотреть. Оптарт, например, или обезьяний перформанс Вадима Захарова, или там мультик Дюшана Вукотича „Суррогат“: 1961 года, а какой милый… А для старших – новая симметрия мирового искусства: Hamburger Bahnhof реконструирует восточное крыло мирового искусства (мексиканский сюрреализм и индийский и балийский абстракционизм, немец-русский-балиец Walter Spies, приключения Фогелера в Армении, фильм Tita Salina рядом с „Парадизом“ Мурнау…)… Концептуальные братья-славяне, а из „русского“ – помимо Захарова – оригиналы Малевича и фото акции с черным квадратом на Красной площади (1992 Black Square on Red Square, IRWIN & Michael Benson).

Puttin‘ on the Fritz

Воскресный улов. Боковое зрение выцепило „имя“ – оказалась реклама (ресторана „Frischer Fritz“ в отеле „Регент“, кажется; шеф-повар 10 лет обеспечивал месту две мишленовскипе – Michelin – звезды…). Задумана была игра слов (ср. песня и фильм 30-х гг. 20 в. Puttin’ on the Ritz, обогатившие язык оборотом со значением „шикарно одеваться“).
Исходник словесной игры незадачливых пиарщиков: знаменитая песенка Putting on the Ritz,
1) Original 1930 Movie Sequence (неполиткорректная) с Ирвингом Берлином

2) откорректированная песенка с Фрадом Астером (Fred Astaire – это тот самый,  Fred Astaire & Ginger Rogers – Tap Dance):

Реклама получилась нечаянно провальная: on the fritz для носителей языка значит испорченный / поломанный, не соответствующий стандартам, бросовый и т.п. Форумчане LEO советуют переводить на немецкий как futsch… Для мультилингвальных – забавное предвыборное “ высказывание“ на улицах Берлина.

P.S. Имя помстилось после обсуждения интервью (NBC News’ Megyn Kelly, 9 марта): на вопрос про хакерские атаки / вмешательство в американские выборы 2016 последовал ответ:
“Maybe they are not even Russian. Maybe they are Ukrainians. Tatars. Jews. Just with Russian citizenship. Even that needs to be checked. Maybe they have dual citizenship or maybe a green card. Maybe it was the Americans who paid them for this work. How do you know?”
„Да мне п… все равно…“

Chiang Mai-Rai

– надо было остановиться, но пожадничала, потащилась искать Серебряный храм, не нашелся, начался дождь, был долгий путь домой, прикидывала возможности назавтра – пугала страница о диарее в путеводителе, оставалась неясность в планах, наплывала тень сожаления об упущенных возможностях (пожалуй, только ночное сафари , тигровый аттракцион, не жаль)… Поехать в Чианг Рай на минивэне с обедом и экскурсией? по пути смотреть горячие источники, черный, белый и синий храм; синий – это должно православным нравиться, такой небесный, в солнечный день кажется: прозрачный… еще был вариант с „длинношеими“ hill tribe village, с золотым треугольником – клочком земли между Лаосом, Камбоджей, Таиландом, где когда-то нечто росло, а теперь музей опиума… Сил не оказалось реагировать с необходимой быстротой и точностью.

И пошло под откос. Пришла догадка, что утренних билетов на автобус нет, пожалела, что упустила экскурсионный вариант… Наутро отпало и веб-предложение и купив новый, на широкое якобы место как будто с массажем и с видео, квази конечно, без видимых признаков розетки для подзарядки… бутылочка воды и пачечка орео достались единственно неоспоримыми приметами сервиса.
Нет-нет, вовсе не наивные дети с беззубой самозабвенной улыбкой, свято соблюдающие правила, – есть и беззастенчивые акулы капитализма, и типаж, подходящий для жестких мстительных тайных служб, и нерешительные трепачи типа ни рыба ни мясо…
И еще это странное отношение к картам (не читают) и к текстам (не читают?!) – и потом, уже в Айютхайе, в богатом районе, удивлялась, обнаружив (безрезультатно просила владельца небедной машины показать на карте дорогу)…
Мораль: лучше не пускаться в незапланированные самостоятельные предприятия, без знания последних тарифов, без подробной карты.

В этот день было множество проколов, уже в Чианг Рае. Вот написали про маршрутку с платформы номер N…; одно но: вокзалов в городе – два!

Ну ладно, может, и хуже бывает. (Может, и вправду есть еще и публичный автобус, что идет 6 часов…) И ведь жива-здорова осталась! и даже в конце концов попала-таки в белый храм, доехав на подножке маршрутки.

Welcome to Norway

Welcome to Norway (2016, Rune Denstad Langlo) – неожиданное.

Мы-то пошли просто потому, что вывезли теплые воспоминания о холодной Норвегии. А тут – беженцы… Вообще-то я уже зверею каждый раз, когда приходит очередное предложение денег под беженские проекты… Но фильм оказался свежий и обаятельный.

  • С выпуклыми деталями. „Отельер“ хлеб из холодильника режет пилой и предлагает форель, которую „сам поймал“ (в 1987, судя по этикетке). При слове „Плэйбокс“ сползаешь… И т.д.
  • Со своей динамикой: чем дальше в лес, тем меньше цинизма и больше человечности Хотя и в конце нет никаких соплей и слюней, это не о другой стороне стереотипов.
    И не о беженцах. И не о политике по отношению к ним, и не об отношении к этой самой политике.
    А о чем же? о людях. (Anders Baasmo Christiansen в главной роли, запомнить.)

Смотреть надо после рабочего дня. На норвежском, с субтитрами. В маленьком кинотеатре. И чтоб сзади сидели норвежцы, и чтоб они ржали и отпускали замечания на своем языке…

Кое-что осталось непонятным. Что там за „русские“? (Это они, видимо, вывесили на отеле плакат „Гулаг“.) Еще надо будет найти, что такое МЕ.

Правда, стОит посмотреть.